Теологическое вещество III

Биоинформатика бурлит, как сель зимой в иерусалимской долине Кидрона, где раньше всех должны восстать мертвые при Страшном Суде. Технология секвенирования генома достигла такого прогресса, что каждую секунду сейчас добываются десятки мегабайт биологической информации. Она выкладывается на «облака» и становится доступна научному сообществу. Постепенно формируется огромная «вселенская библиотека», содержащая в себе, в общем-то, все прошлое и будущее живого, все тайны жизни и ее эволюции. В ней есть и ответы на многие важные для человечества вопросы — например, как победить рак? Основной задачей науки теперь становится — научиться эту информацию «читать»: систематизировать и получать с ее помощью ответы на сформулированные вопросы, которые, в свою очередь, еще надо научиться задавать.

Наверняка, ученые люди ухмыльнутся или поморщатся, но все-таки я рискну высказать в связи с этим вот какую мысль. Мне кажется, развитие генотипа должно каким-то образом содержать в себе особенности формирования языков. Как образ мыслей движет развитием языка, и — в обратной зависимости — созидается языком, — и обеспечивает рост мирового дерева смыслов, — так же и живое должно формироваться лингвистически подобным образом.

Мы знаем, что человечество произошло из области в Восточной Африке, где содержалось 98% всего типового разнообразия человека как вида. Люди расселялись по планете, формировались их языки, языки формировали их культуру, и наоборот. Наличие причинной связи между национальным сознанием и языком очевидно, но не очевиден механизм этой связи.

Как происходило обособление и развитие языков — этим занимается историческая лингвистика, палеолингвистика, в частности. Достижения этих наук значительны, но временной горизонт лингвистической эволюции отодвигается с большим трудом.

С другой стороны, существует эволюционная биология, тесно взаимодействующая с биоинформатикой. В частности, нам известно, какие именно аминокислоты возникли первыми, как происходила их замена в процессе эволюции белков на протяжении миллиардов лет (см. соответствующие работы Кунина, etc., и основателя молекулярной эволюции Цукеркандля).

Почему бы не попробовать поискать аналогии или какие-либо связи между этими эволюционными изменениями в грамматиках живого и эволюционными особенностями развития языков.

Из гипотезы о порождающей грамматике (transformational grammar) выводится не только примат сознания над рефлексом, то есть преобладание сознающего человеческого бытия над бихевиоризмом. Но и важнейшее антропологическое следствие — идея о внутренне присущей человеческому сознанию способности говорения на языках, то есть о врожденной — генетически обусловленной возможности говорения на всех существовавших и долженствующих существовать в будущем, в их развитии, языках, — и следовательно, о заложенном в homo sapiens стремлении к дифференциации образа мыслей (ибо язык и культура-текст занимаются в своем развитии с помощью модернизма именно этим: новым смыслом).

И почему же не высказать гипотезу, что в молекулярной эволюции и вслед за ней в эволюции белков и генома тоже должна существовать некая «порождающая грамматика», которая в определенном смысле следовала бы идее, что мир создан словом и способами коммуникации («буквами, числами и речениями», если следовать «каббалистической» терминологии).

В Талмуде есть одно высказывание, чьей глубине не устаю поражаться на протяжении многих лет: «Мир – это всего лишь кем-то рассказанная история». Все созданное цивилизацией, включая его цифровую ипостась (что, практически, есть синоним технологической мощности цивилизации), есть текст — и способы его канонизации, то есть механизмы стремления текста-мысли к объективности.

Мир-рассказ — не может находиться в застывшем, окончательном состоянии, если он не претендует на то, чтобы остаться «закоснелой ложью», оборвав все связи с дальнейшими смыслами.

Эта языковая метафора становящегося мира довольно-таки прозрачно напоминает эволюционные процессы развития живого. Эволюция — как становление генетических текстов, вместе с естественным отбором и видообразованием — по сути, есть стремление генома к уже знакомой нам разнообразности мышления и к некоей «объективности», которая, в сущности, представляет собой торжество жизни.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s