Другой берег

Не снято еще ни одного фильма, в котором бы оружие при выстреле давало отдачу. В этом — притягательный пацифизм искусства.

Увы, данное утверждение не верно для другой ипостаси реальности — снов, и этим как раз и объясняется власть сновидений: ружье во сне необязательно убивает или хотя бы стреляет, но патроны в нем всегда настоящие.

Однажды в одном из явился Андрей Белый — молодой совсем и с ницшеанскими пышными усами, мрачный и неразговорчивый. Мы играли с ним в Берлине в каком-то курзале в карты: белое пиво, внизу под верандой по озеру скользили лодки с барышнями, тут же могила Клейста на берегу, окруженная липами. И как раз подходят к нам Клейст с Ходасевичем и садятся играть — причем в преферанс, не знаю, во что именно играл в Берлине Ходасевич, он был картежник, это хорошо известно. А барышни все скользят, солнце в озере все слепит, я уже выигрываю 137 вистов, и Ходасевич мрачнеет, а Клейст уже прилично навеселе и сходил отлить на свою могилку. Так, по-хозяйски, без тени сомнения в том, что у барышень на озере и в курзале никаких по этому поводу вопросов. Вдруг Белый поднимает разгорающийся взор от карт и читает: «Была жара. Леса горели. Нудно / Тянулось время. На соседней даче / Кричал петух. Я вышел за калитку. / Там, прислонясь к забору, на скамейке / Дремал бродячий серб, худой и черный. / Серебряный тяжелый крест висел / На груди полуголой. Капли пота / По ней катились. Выше, на заборе, / Сидела обезьяна в красной юбке / И пыльные листы сирени / Жевала жадно…»

И тут Ходасевич: «Ну, все, все, Борис Николаевич, достаточно. Война уже идет…»

Клейст: «Да, война. Смотрите сколько раненных уже перевезли…» Я присматриваюсь к этим лодкам на озере, а они все груженые телами тяжелораненых и никакие это не барышни, а сестры милосердия, и парасольки — это сплетение бинтов и накрахмаленных куколей.

И я стал проигрывать.

Разошлись по нулям. Я все ждал, когда Клейст спустится к себе в могилку, но тот махнул рукой и пошел по воде к проплывавшей лодке, забрался в нее и пропал.

Все бы ничего, сон как сон. Если б только могила Клейста не находилась через озеро напротив от виллы Марлир, где 20 января 1942 года произошло одно из самых страшных событий в истории человечества.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s