Литература и заклинание духов

Гайдар один из самых таинственных писателей. И очень хороший, с редкой слитностью текста, наверное, потому, что часто, прежде чем сесть за рабочий стол и записать, ходил по лесам и сочинял вслух, проговаривая каждую фразу множество раз. Гайдар многое из написанного им знал наизусть с любого места. Это признак большой хорошей работы.

Взрослые дети его — те же взрослые, но с оголенной беззащитностью и ужасом. Не люблю анализировать его биографические приключения — что можно прекрасного ожидать от подростка, попавшего в командиры на войну? Понятно же, что повезло, если после этого окончательно не спятил. Хотя, даже судя по осторожным, почти стерильным воспоминаниям Паустовского, — совсем не факт, что не спятил.

Вообще, самое продуктивное время письма — на границе бодрствования и сна (утро или ночь). Точно так же и удачный, хоть и опасный, ракурс для писателя — пограничное безумие. Яркий пример: Кафка; поскольку литературная реальность по своему веществу сродни сновидению и безумию, прошитому, сшитому с реальностью суровой ниткой достоверности и здравого смысла.

У Гайдара множество загадок. Какие-то красные командиры приезжают в гости к матерям детских героев, чтобы увести их куда-то и обречь отца с непонимающим смиренным ребенком гулять до позднего вечера в полях. Или молодая мать тонет в Волге и отец-одиночка от горя переезжает в Москву, где женится на юной девице, которая вскоре начинает скучать и шастать от него в кино — с кавалерами; вынуждает мужа обворовать магазин текстиля, куда он назначен директором. Отца сажают, а в квартиру бессловесного сироты к молодой мачехе переезжает инструктор Осоавиахима.

Все повествование пронизывается страстным желанием мальчика обрести отца в лице оборотней — шпиона и бандита, готовящихся к его закланию. Но барабанщик убивает злодея, этого своего нового отца — царя Лая, обретая вместе с тем прозрение и словно вызволяя родного отца из тюрьмы, из смерти (чудо досрочного освобождения в финале); к тому же он избавляет тем самым и отца от своего уже реализованного эдипова комплекса, так что отцовская фигура остается в финале кристалльно чистой.

«Судьба барабанщика» снова, как и «Военная тайна», пронизана шпиономанией и тревогой ареста, царившей по всей стране в конце 1930-х. Но почему главный герой барабанщик? Почему не горнист или кто угодно еще?

Кошмары одинокого мальчика во сне разгоняются барабанной дробью, призывом к открытой атаке. Как только во сне он дотягивается до барабанных палочек и выбивает дробь, все ужасы исчезают. Военное использование барабанов состояло в поддержке ритма строевого наступления, в поддержании боевого духа солдат. Но главное в том, что барабан наследует восточному бубну, издревле использовавшемуся шаманами при изгнании злых духов.

То есть наш барабанщик, все глубже обманываясь злодеями, наконец, вспоминает о своем предназначении: развеять морок барабанной дробью разума и бесстрашия. И у него получается — и победить зло, и воскресить отца от тяжкой болезни небытия.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s