Люди-жирафы

Серьезные занятия наукой, техникой, и т.д., верней, исполнение большого замысла (все же важно различать), — наиболее точно можно сравнить только с занятием любовью. Не все коту масленица, местами «лошадиная» работа, часто одновременно с наслаждением трудная, иногда даже мучительная. Но результат утешает.

Как утешает, скажем, самое похожее на «большой замысел» животное — жираф. Бывало, я торчал у вольера с этим пятнистым гигантом часами, погрузившись в непостижимость его движений, телесных волн, с помощью которых он расхаживал и раскланивался с детьми. Недаром же существует предписание произносить благословление на лицезрение чудес природы.

В жирафе в самом деле есть что-то небесное – его голова пребывает словно бы на космической орбите, под самыми звездами, в то время как тело принадлежит земной обители. Жираф будто соединяет небеса и землю.

Кстати, «космическая станция» — потому станция, а космонавты, в определенном смысле, станционные смотрители, — что Циолковский в своих теоретических работах называл ракеты — «ракетными поездами»: первая, вторая, третья ступень — первый второй, третий вагон. Первая космическая скорость отправляет вас на околоземную станцию, вторая — на околосолнечную, и так далее — по направлению к бездне, к вечности, превращая попутно вас в жирафа.

И здесь с неизбежностью появляется перед нами один из таких людей-жирафов: одессит и отец отечественного ракетостроения Валентин Глушко. С шестнадцати лет он переписывался с Циолковским, будучи приверженцем идеи русского космизма, изобретенного книжником Румянцевской библиотеки Николаем Федоровым для переселения на другие планеты всех воскрешенных людей, живших когда-либо на Земле. В 1926 году Глушко работал в ГДЛ (Газодинамической Лаборатории), частично располагавшейся в казематах Петропавловской крепости, ровно век назад заключивших на время следствия декабристов. Испытания ракетного двигателя проводились прямо на площади Петропавловского собора.

А теперь представьте. Пушка в крепости стреляет в полдень. А тут еще, кроме «бах», вдруг «бум» и «у-у-у-у» — с диким рёвом в бледное питерское небо поднимается факел ракетного пламени, которое спустя четыре десятилетия унесет на орбиту Юрия Гагарина. Ни единый человек в Ленинграде не оказался бы способен воспринять, если бы даже ему объяснили, что именно происходит в Петропавловке. Гигантский космический обелиск оранжевым клинком вставал выше шпиля Петропавловского собора и доставал до первой звезды. На третий день ошарашенные оперуполномоченные пришли к парням из ГДЛ и угрозой ареста заставили Глушко поставить пламегаситель. Так этот жираф впервые втянул космическую голову в плечи.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s